ЗЕМЛЯ ФРАНЦА-ИОСИФА. Парусная экспедиция в Арктику: от мыса Флора до мыса Флигели

Сбор группы в порту Мурманска. Заселение в каюты, знакомство с экипажем и яхтой.Брифинг по безопасности: правила поведения на борту, спасательные средства,работа на палубе в качку. Оформление отхода и выход в Кольский залив. Этоединственный на российском Севере незамерзающий выход к открытому океану: егодержат тёплые воды, остатки Гольфстрима.Советуем прилететь накануне. Вечер в Мурманске — это атомный ледокол «Ленин» уморвокзала и «Алёша» на Зелёном мысу над заливом, по которому мы выйдем в море.

Около 650 морских миль на север. Выходим на большую воду, «прикачиваемся»,знакомимся с парусами. Участвовать в работе на палубе и стоять вахты можно пожеланию, опыт не требуется. Вечерами в кают-компании — рассказы об историиархипелага и экспедициях, по следам которых мы идём, и разбор мест высадок.За бортом — глупыши, моевки и поморники, которые сопровождают яхту сутками. В Баренцевом море велика вероятность встретить китов. Где-то на 77–78° появляютсяпервые льдины.

Около 650 морских миль на север. Выходим на большую воду, «прикачиваемся»,знакомимся с парусами. Участвовать в работе на палубе и стоять вахты можно пожеланию, опыт не требуется. Вечерами в кают-компании — рассказы об историиархипелага и экспедициях, по следам которых мы идём, и разбор мест высадок.За бортом — глупыши, моевки и поморники, которые сопровождают яхту сутками. ВБаренцевом море велика вероятность встретить китов. Где-то на 77–78° появляютсяпервые льдины.

Около 650 морских миль на север. Выходим на большую воду, «прикачиваемся»,знакомимся с парусами. Участвовать в работе на палубе и стоять вахты можно пожеланию, опыт не требуется. Вечерами в кают-компании — рассказы об историиархипелага и экспедициях, по следам которых мы идём, и разбор мест высадок.За бортом — глупыши, моевки и поморники, которые сопровождают яхту сутками. ВБаренцевом море велика вероятность встретить китов. Где-то на 77–78° появляютсяпервые льдины.

Около 650 морских миль на север. Выходим на большую воду, «прикачиваемся»,знакомимся с парусами. Участвовать в работе на палубе и стоять вахты можно пожеланию, опыт не требуется. Вечерами в кают-компании — рассказы об историиархипелага и экспедициях, по следам которых мы идём, и разбор мест высадок.За бортом — глупыши, моевки и поморники, которые сопровождают яхту сутками. ВБаренцевом море велика вероятность встретить китов. Где-то на 77–78° появляютсяпервые льдины.

Самое обжитое место в истории архипелага и наша первая высадка.Здесь в 1894–1897 годах стояла база британской экспедиции Фредерика Джексона.Сюда 17 июня 1896 года вышел по льду человек, которого все считали погибшим, —Фритьоф Нансен. До этого было пятнадцать месяцев пути от «Фрама» и зимовка вкаменной землянке. Встреча Нансена и Джексона на мысе Флора — одна из самыхзнаменитых сцен полярной истории.Через восемнадцать лет, летом 1914 года, сюда же вышли штурман ВалерианАльбанов и матрос Александр Конрад. Они были единственными уцелевшими изодиннадцати человек, ушедших по льду со шхуны «Святая Анна». Их подобрало судноседовской экспедиции «Святой мученик Фока». Из этой истории потом вырастут «Двакапитана» Каверина.Мыс Флора оправдывает своё название: под птичьими скалами здесь самый богатыйна архипелаге растительный покров — мхи, лишайники, камнеломки. После четырёхдней открытого моря зелёные пятна на чёрном базальте производят сильноевпечатление.

Место, с которого архипелаг начался. 30 августа 1873 года экипаж шхуны «АдмиралТегетхофф», уже год вмёрзшей в дрейфующие льды, увидел на горизонте неизвестнуюземлю. Австро-венгерская экспедиция Юлиуса Пайера и Карла Вейпрехта шлаоткрывать Северо-Восточный проход, а открыла архипелаг и назвала его в честьсвоего императора. Сама шхуна изо льдов так и не вырвалась: весной 1874 года еёбросили, и экипаж ушёл на лодках к Новой Земле.Через четверть века, в 1898 году, на мысе Тегетхофф разбила базу американскаяэкспедиция Уолтера Уэллмана. Следы её лагеря сохранились до сих пор.

Два дня в главной бухте архипелага.В 1913–1914 годах здесь зимовала экспедиция Георгия Седова. В 1929 году в бухтеТихой открылась первая советская полярная станция на ЗФИ. В июле 1931 года сюдаприлетел дирижабль «Граф Цеппелин»: он приводнился в бухте, чтобы обменятьсяпочтой с ледоколом «Малыгин». Почтмейстером на ледоколе был молодой ИванПапанин. Сегодня станцию восстанавливают как музейный комплекс, и здесь работаетодно из самых северных почтовых отделений в мире.Напротив бухты стоит скала Рубини — 174-метровая стена из застывших базальтовыхстолбов, сплошной птичий базар. Здесь гнездятся толстоклювые кайры, моевки,люрики, чистики, глупыши, бургомистры. Скалу назвали в честь итальянского тенораДжованни Батиста Рубини, и, услышав её вживую, понимаешь почему.

Два дня в главной бухте архипелага.В 1913–1914 годах здесь зимовала экспедиция Георгия Седова. В 1929 году в бухтеТихой открылась первая советская полярная станция на ЗФИ. В июле 1931 года сюдаприлетел дирижабль «Граф Цеппелин»: он приводнился в бухте, чтобы обменятьсяпочтой с ледоколом «Малыгин». Почтмейстером на ледоколе был молодой ИванПапанин. Сегодня станцию восстанавливают как музейный комплекс, и здесь работаетодно из самых северных почтовых отделений в мире.Напротив бухты стоит скала Рубини — 174-метровая стена из застывших базальтовыхстолбов, сплошной птичий базар. Здесь гнездятся толстоклювые кайры, моевки,люрики, чистики, глупыши, бургомистры. Скалу назвали в честь итальянского тенораДжованни Батиста Рубини, и, услышав её вживую, понимаешь почему.

Остров Чамп — одна из самых странных точек Арктики. Его берега усыпанысферолитами: почти идеально круглыми каменными шарами размером от ореха дотрёх метров в диаметре. Как именно они образовались, геологи спорят до сих пор.Масштаб становится понятен, только когда рядом с шаром встаёт человек.На соседнем острове Хейса находится геофизическая обсерватория имени ЭрнстаКренкеля, открытая в 1957 году, в Международный геофизический год. Отсюда когда-тозапускали метеорологические ракеты. Неподалёку — лежбище моржей, куда мыотправимся на фотоохоту.

Одна из самых пронзительных историй архипелага. Зимой 1898–1899 годовэкспедиция Уэллмана оставила здесь, на складе «Форт Мак-Кинли», двух норвежцев— Бернта Бентсена и Пауля Бьёрвига. Бентсен заболел и умер в разгар полярнойночи. Перед смертью он попросил товарища не хоронить его в мёрзлой земле, чтобытело не разрыли медведи и песцы. Бьёрвиг два месяца жил в хижине рядом с теломдруга, пока весной не вернулись остальные. Могила Бентсена сохранилась на мысе досих пор.

Центральная часть архипелага, проливы между ледниковыми куполами.Остров Циглера назван в честь американского промышленника Уильяма Циглера,который дважды оплачивал экспедиции к Северному полюсу. Вторая из них, подруководством Энтони Фиалы, потеряла судно «Америка»: его раздавило льдами уострова Рудольфа. Участники провели на архипелаге два года, успели нанести накарту несколько островов и были вывезены только в 1905 году.Мыс Фишера на острове Солсбери — базальтовые обрывы над проливом, одно изсамых фотогеничных мест центральной части ЗФИ.

Кульминация экспедиции.Остров Рудольфа — самый северный в архипелаге. Он почти целиком закрытледниковым куполом, из которого торчат базальтовые скалы. Мыс Флигели на 81°51′ с.ш. — самая северная точка суши Европы и России. Дальше только лёд и полюс вдевятистах километрах.Мыс Столбовой издалека похож на две полуразрушенные башни средневековогозамка. В бухте Теплиц зимовала итальянская экспедиция герцога Абруццкого. Отсюдав 1900 году Умберто Каньи дошёл по льду до 86°34′, и этот рекорд продержался шестьлет. Где-то на этом острове в 1914 году похоронен Георгий Седов, его могилу так и ненашли. В мае 1937 года с аэродрома на Рудольфе ушли к полюсу самолётыВодопьянова. Они высадили дрейфующую станцию «Северный полюс-1» — ту самую,папанинскую.Два дня здесь — это запас на погоду: к острову Рудольфа доходят не все, и мы даёмсебе этот шанс дважды.

Кульминация экспедиции.Остров Рудольфа — самый северный в архипелаге. Он почти целиком закрытледниковым куполом, из которого торчат базальтовые скалы. Мыс Флигели на 81°51′ с.ш. — самая северная точка суши Европы и России. Дальше только лёд и полюс вдевятистах километрах.Мыс Столбовой издалека похож на две полуразрушенные башни средневековогозамка. В бухте Теплиц зимовала итальянская экспедиция герцога Абруццкого. Отсюдав 1900 году Умберто Каньи дошёл по льду до 86°34′, и этот рекорд продержался шестьлет. Где-то на этом острове в 1914 году похоронен Георгий Седов, его могилу так и ненашли. В мае 1937 года с аэродрома на Рудольфе ушли к полюсу самолётыВодопьянова. Они высадили дрейфующую станцию «Северный полюс-1» — ту самую,папанинскую.Два дня здесь — это запас на погоду: к острову Рудольфа доходят не все, и мы даёмсебе этот шанс дважды.

В проливах у острова Карла-Александра держатся белухи. Если нам повезёт, можноувидеть нарвалов — морских единорогов, символ национального парка «РусскаяАрктика» и самых загадочных китов Северного полушария.

Здесь заканчивается история, которая началась для нас на мысе Флора.В августе 1895 года Нансен и Йохансен отказались от попытки дойти до полюса,вышли к этому берегу и поняли, что следующего лета придётся ждать здесь. Онисложили землянку из камней, накрыли её моржовыми шкурами и прожили в ней девятьмесяцев полярной ночи на медвежатине и моржовом жире. Мыс назвал «Норвегией»Джексон — в честь людей, которых встретил на мысе Флора. От зимовья сохранилиськаменное основание и бревно, служившее коньком крыши. Это главная реликвияострова.

День, заложенный на погоду и лёд. Если маршрут прошёл по плану, по решениюкапитана будет последняя высадка или поиск морских животных в проливах. Вечеромберём курс на юг.

Около 700 морских миль до Мурманска. В конце сентября ночи на этих широтах ужетёмные. Чем ближе к материку, тем больше шансов увидеть северное сияние: на70–72° мы окажемся прямо под авроральным овалом. Время разобрать фотографии,дочитать Альбанова и поговорить с экипажем о том, куда идти дальше.Питание включено: завтрак, обед, ужин

Около 700 морских миль до Мурманска. В конце сентября ночи на этих широтах ужетёмные. Чем ближе к материку, тем больше шансов увидеть северное сияние: на70–72° мы окажемся прямо под авроральным овалом. Время разобрать фотографии,дочитать Альбанова и поговорить с экипажем о том, куда идти дальше.Питание включено: завтрак, обед, ужин

Около 700 морских миль до Мурманска. В конце сентября ночи на этих широтах ужетёмные. Чем ближе к материку, тем больше шансов увидеть северное сияние: на70–72° мы окажемся прямо под авроральным овалом. Время разобрать фотографии,дочитать Альбанова и поговорить с экипажем о том, куда идти дальше.Питание включено: завтрак, обед, ужин

Около 700 морских миль до Мурманска. В конце сентября ночи на этих широтах ужетёмные. Чем ближе к материку, тем больше шансов увидеть северное сияние: на70–72° мы окажемся прямо под авроральным овалом. Время разобрать фотографии,дочитать Альбанова и поговорить с экипажем о том, куда идти дальше.Питание включено: завтрак, обед, ужин

Около 700 морских миль до Мурманска. В конце сентября ночи на этих широтах ужетёмные. Чем ближе к материку, тем больше шансов увидеть северное сияние: на70–72° мы окажемся прямо под авроральным овалом. Время разобрать фотографии,дочитать Альбанова и поговорить с экипажем о том, куда идти дальше.Питание включено: завтрак, обед, ужин

Прибытие в Мурманск. Накануне вечером — традиционный прощальный ужин наборту. Высадка, окончание экспедиции.